Лечение онкологии глаза где лучше в федорова или гельмгольца прием

Сайт: prozrenie. Попала в рейтинг благодаря своим особенностям.

10 лучших глазных клиник Москвы

Стоит ли скидываться всем миром на лечение детей с этим заболеванием в зарубежных клиниках? Обновлено: Но дух рождества по-прежнему помогает нам жертвовать слабым, беззащитным, нуждающимся в помощи. И это правильно! Однако мы не всегда отдаём себе отчёт — куда мы направляем эту помощь. Например, легко откликаемся на призыв собрать несколько миллионов рублей для ребёнка, больного ретинобластомой, чтобы он смог получить лечение в швейцарской клинике.

Потому что там ему «спасут глазик». И зрение. А здесь — не спасут. Но так ли это на самом деле? Потому что абсолютно всё, что делается в зарубежных клиниках, делается также и у нас.

Все варианты и методы лечения. И результаты —аналогичные. Также этой проблемой занимаются в Италии, в Израиле, Японии, там, где учились мои ученики. Я отправлял в Японию Татьяну Леонидовну Ушакову, которая там освоила методику интраартериальной химиотерапии, вместе с ней ездил ещё один специалист из лаборатории интервенционных методов лечения нашего НИИ клинической и экспериментальной радиологии.

После того, как они освоили эту методику, мы её модернизировали. Есть два варианта введения химпрепарата — катетерное введение и балонная техника. Катетерное — когда в артерию, которая питает сетчатку, проводится катетер. Но бывает, у ребёнка анатомия специфическая, и катетер провести невозможно из-за того, что есть какие-то сосудистые аномалии. Тогда мы применяем балонную техника, которая просто перекрывает просвет другого сосуда, перераспределяя кровь.

И, соответственно, лекарственный препарат попадает туда, куда нужно — в сетчатку. Уже порядка тысячи таких курсов лечения у нас проведено. Но мы научились с осложнениями справляться — предупреждать и вовремя их останавливать.

Помимо лекарственной терапии и наружного облучения, которое мы минимизируем в связи в возможными осложнениями, у нас есть и собственная «фишка» — интраартериальное и интравитреальное локальное введение химиопрепаратов. С лазерной терапией, брахитерапией локальное лучевое воздействие и криодеструкцией нам помогают наши коллеги из институтов Фёдорова и Гельмгольца. Недавно мы провели совместное с европейскими коллегами исследование, и оно показало, что число больных именно такой формой ретинобластомы увеличивается.

Причина понятна — в наше время эти пациенты выживают, и у них рождаются дети, которые получают вот такое непростое наследство. Это плохо для детей. Доза облучения при ретинобластоме должна быть большой, и кости лицевого скелета после облучения перестают расти. Но сам-то ребенок растет! Возникает деформация. И ведь речь о лице. Это всегда очень тяжело переносится психологически. Поэтому если стадия распространенная, и уже только локальными методами воздействия не обойтись, мы подключаем системную химиотерапию.

Если остаются опухолевые очажки, потом локальной терапией долечиваем. Глаза в швейцарской клинике сохраняют в таком же проценте случаев, в каком сохраняем мы. Могут идти на грани. Я поясню — когда мы ставим показания к энуклеации, за рубежом могут взять такого пациента, пообещав провести ещё какую-то консервативную терапию.

Но в конечном итоге, всегда оказывается, что наше решение, основанное на онкологических принципах, было правильным. Понятно, многие родители не хотят, чтобы глаз удаляли. Но мы делаем это только тогда, когда высок риск метастазирования и рецидива.

Это злокачественная опухоль, она может рецидивировать, прогрессировать, метастазировать. Весь наш опыт доказывает: потом, когда возникают метастазы, уже поздно бить в колокола, это уже совсем другая история, с худшими результатами и прогнозом.

А если мы видим, что есть стабилизация, но дальше дело не двигается, опухоль остаётся, глаз при этом уже не видит и потерял все свои функции, это незрячий глаз, мы удаляем его и ставим эндопротез. Это оптимальное решение для ребёнка. В результате мы достигаем очень хорошего косметического результата, потому что тефлоновый протез мы вшиваем на глазодвигательные мышцы, а на нем уже фиксируется наружный протез.

И фактически, поскольку мышечный каркас остаётся, то глаз немножко двигается. Поэтому хороший косметический эффект. И мы при этом уверены, что лечение проведено радикально. У нас нет риска, нет боязни, что возникнет рецидив.

Напрямую обращаться в НМИЦ онкологии им. В течение суток мы даём ответ. Ребёнок может приехать в течение двух дней. Если не обследован — обследоваться, и в течение трёх дней решается его судьба. Сюда к нам попасть очень легко. Можно и самостоятельно приехать с направлением от педиатра по форме у, оформить карту и сразу попасть на прием к детскому онкологу. Лучше приехать к нам. Это метод, который не стоит тиражировать вообще, потому что это очень сложно. Это очень сложное анестезиологическое пособие в процессе проведения такой химиотерапии.

Разные осложнения, которые умеют купировать там, где этим постоянно занимаются. Если подобную процедуру раз или два в год делать, опыта не будет, и это обычно плохо заканчивается для детей. Поэтому ребятишек с этим диагнозом необходимо лечить в научном центре, как наш. Блохина создан «Центр ретинобластомы», эти больные здесь концентрируются. По нашей инициативе создано содружество трёх институтов — нашего, института Гельмгольца, его детского офтальмологического отделения и Фёдоровского центра глазных болезней, там тоже есть детское отделение.

Мы скооперировались, по моей инициативе была создана такая коалиция, мы встречаемся, обсуждаем, друг другу больных перенаправляем, то есть из рук в руки больные попадают, не просто так. Но если требуется проведение системной химиотерапии, и ребёнок нормально её переносит, то такую химиотерапию мы можем расписывать и по месту жительства.

А локальные методы лечения должны проводиться, конечно, в федеральных центрах. Не органосохраняющая — это энуклеация глаза, либо проведение наружного облучения, когда потом возникают катаракты, что приводит к атрофии глаза, и его потом приходится удалять. В нашем институте к системным органсохраняющим методам лечения добавляются еще и высокотехнологичные локальные — интраартериальная и интравентриальная химиотерапия.

Они тоже, разумеется, органсохраняющие. Вот сейчас переезжаем в конце января в новые корпуса, количество коек увеличится, Онкоцентр вообще всех первичных больных с ретинобластомой на себя может переключить. Проводить диагностику, начальный этап лечения.

Что касается вообще всех локальных методов — это пока в содружестве, но в перспективе мы планируем вообще все методы, такие как транспапиллярная термотерапия, например, когда через зрачок проводится лазерная деструкция опухоли на сетчатке, делать здесь же, в Блохина.

Или криотерапию, или брахитерапию, когда подшиваются бета-аппликаторы на глазное яблоко к очагу и перекрывают очаг, чтобы облучить. Либо криодеструкцию. Все в скором будущем сможем делать в одном учреждении.

Таких случаев много. И это касается не только ретинобластомы. Едут и с лейкозами, и с нейробластомой, и с опухолями почек, саркомами, едут на высокодозную химиотерапию с трансплантацией костного мозга, которая у нас так же проводится, как и за рубежом давным-давно уже. Как бы там ни было, мы этих пациентов не оставляем без помощи. Всё равно в сроки им проводим терапию, системную химиотерапию, локальные методы лечения.

И потом, когда они возвращаются, всё равно нам приходится с ними дальше заниматься. Это просто такая психология людская — нет пророка в своём отечестве. Всё у нас, якобы, плохо. Я поездил по разным странам достаточно, и могу сказать, что, к примеру, хирурги наши — лучшие. Это точно совершенно. И по ретинобластоме Россия стала сильнейшим центром лечения, но кому-то выгодно этого не замечать.

Как бы это цинично не прозвучало, ребёнок с ретинобластомой для медицинского туризма — прежде всего бизнес-проект. Последние новости Все 14 января

98% пациентов у нас выздоравливают с сохранением глаза

Индивидуализация лечения пациентов, уход от общих алгоритмов, гибкость и «ситуативность» терапии, упор на сохранение органа зрения, отказ от калечащих методов лечения, таких как радиотерапия в области лицевой части скелета, — таковы основные тренды в лечении ретинобластомы или «рака глаза» у детей. О новейших способах лечения и реабилитации пациентов с этим заболеванием детские онкологи, офтальмологи и педиатры говорили на «Дурновских чтениях», которые вот уже в третий раз за год прошли в НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ онкологии им Н. Участниками чтений, посвящённых ретинобластоме, стали онкологи и офтальмологи НМИЦ онкологии им. Фёдорова и НМИЦ глазных болезней им. Гельмгольца, делегации двух последних институтов возглавили заведующие отделами онкоофтальмологии и радиологии Андрей Яровой и Светлана Саакян. Почётным гостем чтений стала легенда отечественной офтальмологии, основатель российской школы онкоофтальмологии Алевтина Бровкина.

Опухоли глаз лечение в гельмгольце отделение онкологии врач саакян

Садовая-Черногрязская, д. Уже с четвертого курса активно занималась в профильном офтальмологическом кружке, которым руководил С. В году окончила обучение, получив специальность «хирургия», и затем обучалась в клинической ординатуре в Московском НИИ глазных болезней имени Гельмгольца. По окончании клинординатуры работала в отделе офтальмоонкологии, радиологии на должности младшего научного сотрудника. Основными направлениями работы были методы диагностики и лечения внутриглазных опухолей, в том числе опухолей переднего отрезка глаза, реконструктивные оперативные вмешательства при блокэксцизиях. В году С.

Стоит ли скидываться всем миром на лечение детей с этим заболеванием в зарубежных клиниках? Обновлено: Но дух рождества по-прежнему помогает нам жертвовать слабым, беззащитным, нуждающимся в помощи. И это правильно! Однако мы не всегда отдаём себе отчёт — куда мы направляем эту помощь. Например, легко откликаемся на призыв собрать несколько миллионов рублей для ребёнка, больного ретинобластомой, чтобы он смог получить лечение в швейцарской клинике. Потому что там ему «спасут глазик». И зрение.

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Не кормите РАК! Онкологи назвали продукты вызывающие рак. Топ 10 вредных продуктов

Комментариев: 2

  1. luleonida:

    Детей кормят материнским молоком,а не смесями,плюс натуральными не модифицированными продуктами, плюс физический труд на свежем воздухе, плюс чистота супружеских отношений,плюс отсутствие алко-табако-зависимости,вот и нет аллергии!

  2. alexmehanik:

    Ольга, быдлом легче управлять